Введение. Для повышения эффективности государственной политики в области здравоохранения необходимы знания о количественных зависимостях между профессиональными, экологическими и социальными стрессорами и их последствиями для человека. В работе [1] предложена концептуальная модель этих зависимостей, в основе которой находится положение, что первопричиной, начальной стадией и сопутствующим компонентом почти всех заболеваний, связанных с профессией, является хроническое утомление, которое возникает при кумуляции следов острого утомления, возникающего в рабочие дни и недели. Общепризнано, что для повышения надежности прогнозных моделей риска здоровью работающих необходимы кроме нормирования факторов рабочей среды и трудового процесса1 индивидуальныехарактеристики работников. К последним прежде всего относятся возраст и состояние здоровья2 . Публикаций об учете возраста работников при прогнозировании рисков здоровью, связанных с профессией [2–4], значительно больше, чем исследований, описывающих их влияние на состояние здоровья. Среди индивидуальных характеристик изучено влияние возраста, пола [5–7], иммунологических показателей на состояние здоровья работников [8]. В исследовании [9] установлена зависимость индивидуального профессионального риска от возраста и группы диспансерного наблюдения 30 работников компрессорной станции. Состояние здоровья оценивалось по группе диспансерного наблюдения, установленной работнику по результатам периодического медицинского осмотра. Например, если работник относится к группе диспансерного наблюдения Д-3, показатель его состояния здоровья равен трем. Одночисловая оценка состояния здоровья по номеру диспансерной группы экспериментально не обоснована с позиции критерия риска нарушения здоровья и не имеет физиологического смысла.

Цель исследования − изучить количественные закономерности связи утомляемости и уязвимости работников к производственным факторам с состоянием их здоровья.

Задачами исследования было определить влияние его нарушений на утомляемость и уязвимость к факторам условий труда: 1) рабочая нагрузка; 2) дисбаланс усилий и вознаграждения; 3) шум; 4) микроклимат; 5) качество воздуха; 6) недостаток свободного внерабочего времени.

Материалы и методы. Обследовались работники разных сфер занятости: промышленности (751 человек); здравоохранения (750); образования (193); общественного питания (229), проходившие обязательный периодический медицинский осмотр согласно приказу Минздрава РФ от 28.01.2021 № 29н3 и стандартизированный [10][11] медико-экологический опрос в ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья». Период исследования – 5 лет (2016–2021 гг.), общее число обследованных – 1923 человека. Характеристика обследованных групп работников по полу и возрасту представлена в табл. 1.

Исследование одобрено на заседании ЛЭК № 2021/30.4 от 16.03.2021. От участников исследования получено добровольное информированное согласие на обработку персональных данных. По соображениям статистической достоверности более глубокий анализ проведен с более многочисленными группами работников из обследованных – промышленности и здравоохранения (1501 человек). Для оценки состояния здоровья использовались 6 критериев:

Для каждого критерия состояния здоровья в группе работников определялась оценка уязвимости (УЯЗ) к конкретному производственному фактору. Оценка производилась по соотношению:

УЯЗ (%) = 100 × (КЧ+ / КЧ),     (1)

где КЧ+ – количество работников, указавших, что производственный фактор оказывает умеренное или сильное влияние на усталость и напряжение на рабочем месте; КЧ – общее количество работников в группе.

Анализировались 20 производственных факторов, из которых для углубленного анализа были отобраны 6 факторов, наиболее часто оцениваемых работниками как причины утомления и стресса [11]: 1) рабочая нагрузка; 2) дисбаланс усилий и вознаграждения; 3) шум; 4) микроклимат (температура, влажность, сквозняки); 5) качество воздуха (загазованность, запыленность); 6) недостаток свободного внерабочего времени.

По каждому критерию здоровья работнику приписывалось значение 0 или 100 (общепринятые обозначения для двухбалльной/бинарной шкалы4 ): 100 – если у работника выявлено нарушение здоровья; 0 – если нарушение не выявлено. Для каждого производственного фактора каждому работнику присваивалось оценка уязвимости: 100 – фактороказывает умеренное или сильное влияние на усталость и напряжение работника; 0 – фактор не оказывает или оказывает небольшое влияние на рабочем месте.

Для сравнительной оценки УЯЗ к производственным факторам в группах, различных по критериям состояния здоровья, рассчитывался относительный риск (RR) превышения его значения у работников с нарушением здоровья («больные») относительно работников без нарушения здоровья («здоровые»):

RRi = УЯЗбол / УЯЗзд,     (2)

где RRi относительный риск уязвимости работников к i-му фактору производственному фактору. УЯЗбол (%) – риск (вероятность) уязвимости «больных» работников к i-му фактору; УЯЗзд (%) – уязвимость «здоровых» работников к i-му производственному фактору.

Для учета влияния возраста на УЯЗ в формуле (1) рассчитывались линейные регрессии «УЯЗ (%) – возраст (лет)». Определялись: средние значения УЯЗ (%) и их статистические ошибки; фактические значения RR и их 95 % доверительный интервал. Использовалась компьютерная программа для статистической обработки данных SPSS 11.5.

Результаты. Ниже приведены результаты оценки уязвимости к производственным факторам для работников четырех изученных сфер занятости и данные, характеризующие уязвимость к производственным факторам в зависимости от состояния здоровья и утомляемости – для работников промышленности и здравоохранения (углубленный анализ). На рис. 1 показана частота уязвимости к изученным производственным факторам среди работников разных сфер занятости. Видно, что уязвимость ко всем изученным производственным факторам наиболее часто наблюдается среди работников образования: 1) рабочая нагрузка − 53,6 ± 5,2 %; 2) дисбаланс усилий и вознаграждения – 39,7 ± 5,1 %; 3) шум – 35,9 ± 5,0 %; 4) микроклимат – 20,2 ± 4,1 %; 5) качество воздуха – 26,6 ± 4,5 %; 6) недостаток свободного внерабочего времени – 57,2 ± 5,2 %

Работники сферы общепита наименее часто уязвимы к изученным производственным факторам (5–12 %). В сфере промышленности и здравоохранения количество уязвимых работников к производственным факторам составляет 12–19 %.

В табл. 2 приведены данные, характеризующие уязвимость к производственным факторам работников, занятых в сферах промышленности и здравоохранения, с различным состоянием здоровья по критерию ХБ. Видно, что работники промышленных предприятий с наличием хронических заболеваний более уязвимы ко всем изученным производственным факторам. Однако у них для каждого фактора возрастание величин УЯЗ является статистически недостоверным. У работников здравоохранения с наличием хронических заболеваний возрастание риска уязвимости наблюдается для 4 факторов из 6 – рабочая нагрузка, шум и качество воздуха на рабочем месте, свободное внерабочее время.

В табл. 3 приведены данные, характеризующие уязвимость к производственным факторам работников промышленности и здравоохранения в зависимости от наличия у них гипертонической болезни. Видно, что в обеих сферах занятости у работников с ГБ существенно (более чем в 2 раза) возрастает уязвимость только к фактору «рабочая нагрузка». Уязвимость к остальным производственным факторам у работников здравоохранения уменьшается при наличии ГБ. Такая же закономерность наблюдается у работников промышленности, за исключением фактора «дисбаланс усилий и вознаграждения».

На рис. 2 показана уязвимость работников в зависимости от наличия у них нарушений эндокринной системы. У работников, занятых в промышленности и здравоохранении, существенно возрастает уязвимость ко всем производственным факторам, за исключением фактора «недостаток свободного внерабочего времени». У работников промышленности с нарушением ЭС все производственные факторы, за исключением психосоциального фактора «дисбаланс усилий и вознаграждения», влияют на УЯЗ в большей степени,чем у работников здравоохранения. У работников обеих сфер занятости наиболее часто влияет на УЯЗ фактор «рабочая нагрузка». При диагнозе «нарушение эндокринной системы» УЯЗ к этому фактору возрастает в 3,4 раза у промышленных работников и в 2,4 раза у работников здравоохранения. Среди работников промышленности с диагнозом «нарушение ЭС» частота УЯЗ к фактору «дисбаланс усилий и вознаграждения» возрастает в 8,7 раза, у работников с ЭС частота УЯЗ к этому фактору возрастает в меньшей степени – в 1,8 раза. Последнее обусловлено высокой частотой УЯЗ к этому фактору у работников здравоохранения без нарушений ЭМ.

На рис. 3 помещены результаты исследования, характеризующие уязвимость к производственным факторам работников в зависимости от годовой динамики состояния их здоровья. При отрицательнойгодовой динамике здоровья уязвимость промышленных и медицинских работников ко всем производственным факторам в 2–3 раза больше, чем при положительной и стабильной ДЗ.

В табл. 4 помещены данные об УЯЗ работников промышленности и здравоохранения в зависимости от длительности их болезней в течение года. Видно, что у длительно болевших работников, занятых в промышленности, уязвимость возрастает только к фактору «рабочая нагрузка». У длительно болевших работников здравоохранения УЯЗ возрастает ко всем производственным фактора, кроме психосоциального – «дисбаланс усилий и вознаграждения».

В табл. 5 помещены данные об УЯЗ работников промышленности и здравоохранения в зависимости от кумуляции усталости в течение рабочего года. У работников с умеренной и большой степеньюнакопления усталости уязвимость возрастает ко всем производственным факторам у работников как промышленности, так и здравоохранения. Для разных производственных факторов диапазон возрастания УЯЗ составляет от 1,5 до 19 раз.

В табл. 6 представлены сводные данные об относительном риске повышения УЯЗ работников промышленности и здравоохранения в зависимости от нарушений состояния здоровья. Из изученных производственных факторов только утомительная «рабочая нагрузка» повышает УЯЗ при всех шести видах нарушения состояния здоровья работников. Среди работников здравоохранения, у которых наблюдается кумуляция утомления в течение рабочего года, рабочая нагрузка, превышающая их индивидуальный диапазон работоспособности [12–18], в 12 раз повышает УЯЗ. У работников, занятых в промышленности, психосоциальный фактор условий труда «дисбаланс усилий и вознаграждения» повышает УЯЗ при всех видах нарушения здоровья, кроме «длительные болезни в течение года». У работников здравоохранения уязвимость к факторам «шум», «микроклимат» наблюдается при всех нарушениях здоровья, кроме наличия ГБ. При кумуляции усталости в течение годаи при отрицательной годовой динамике здоровья наблюдается повышение УЯЗ при недостатке свободного нерабочего времени [19–21].

Регрессионный анализ зависимости УЯЗ от возраста работников показал, что уязвимость ко всем изученным производственным факторам возрастает. Возрастание риска УЯЗ составляет 0,2–0,4 % при увеличении возраста работника на 1 год. Риски нарушения здоровья увеличиваются: хроническое заболевание (ХБ) – 1,4 % за 1 год возраста; гипертония –1,7 %; нарушение эндокринной системы – 1,2 %; отрицательная годовая динамика здоровья – 0,3 %; длительные болезни в течение года – 0,2 %; годовая кумуляция усталости – 0,0 %.

Обсуждение. Учет состояния здоровья работников в прогнозных моделях риска является необходимым условием повышения их надежности. В этой связи полученные данные представляют полезный материал, который необходимо разрабатывать в разных аспектах: различные критерии оценки степени нарушения состояния здоровья работников, дополнение использованных субъективных показателей УЯЗ объективными параметрами выносливости и уязвимости; конкретизация с позиции риска здоровью методов оценки психосоциальных и гигиенических параметров условий труда. В ходе исследования выявлены количественные закономерности взаимосвязи состояния здоровья работников и их уязвимости к изученным факторам производственной среды. Современные литературные данные о связи утомляемости и уязвимости работников к производственным факторам с состоянием их здоровья рассматривают только отдельные аспекты проблемы. Наиболее часто уязвимость к рабочей нагрузке, шуму, микроклимату и качеству воздуха на рабочем месте, к дисбалансу усилий и вознаграждения, к недостатку свободного внерабочего времени наблюдается у работников образования (рис. 1). Наименее уязвимы к указанным факторам работники общепита. У работников, имеющих хронические заболевания, занятых на промышленных предприятиях, наблюдается повышенная уязвимость ко всем изученным производственным факторам (табл. 2). Такая же закономерность наблюдается у них при наличии длительных болезней (табл. 4). У работников промышленности и здравоохранения, имеющих гипертоническую болезнь, существенно увеличивается уязвимость к рабочей нагрузке (табл. 3). У этих же работников при нарушении эндокринной системы увеличивается уязвимость ко всем производственным факторам. Аналогичная закономерность выявлена у работников здравоохранения при наличии у них длительных заболеваний (табл. 4). При отрицательной динамике здоровья у них также существенно больше уязвимость к производственным факторам условий труда (рис. 3).

Выводы

1.  Р 2.2.2006–05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда». СПб.: ЦОТПБСППО, 2005. 144 с. 2.  Критерии оценки профессиональных рисков работников ОАО «РЖД», непосредственно связанных с движением поездов». Распоряжение ОАО «Российские железные дороги» 21 декабря 2009 г. № 2631р. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.businesspravo.ru/docum/ documshow_documid_167300.html (дата обращения: 08.02.2023). 3 Приказ Минздрава России от 28.01.2021 № 29н «Об утверждении Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры». 4 All terms in SIO Binary scale. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.ebi.ac.uk›ols/ontologies/sio/terms (дата обращения: 08.02.2023).