Рослая Наталья Алексеевна – д-р мед. наук, доцент кафедры общественного здоровья и здравоохранения; ведущий научный сотрудник НПО Лабораторно-диагностических технологий
ул. Репина, д. 3, г. Екатеринбург, 620028
ул. Попова, д. 30, г. Екатеринбург, 620014
Natalia A. Roslaya, Dr. Sci. (Med.), Associate Professor, Department of Public Health and Healthcare; Leading Researcher Department “Laboratory and Diagnostic Technologies”
3 Repin Street, Yekaterinburg, 620028
30 Popov Street, Yekaterinburg, 620014
Гекман Елена Владимировна – студентка 5-го курса лечебно-профилактического факультета
ул. Репина, д. 3, г. Екатеринбург, 620028
Elena V. Gekman, fifth-year student, Faculty of Preventive Medicine
3 Repin Street, Yekaterinburg, 620028
Введение. Вопросы охраны и укрепление здоровья работающего населения являются важнейшей проблемой современной медицины труда и здравоохранения. Смертность работников приводит к большим экономическим потерям для общества.Цель исследования: провести сравнительный анализ состояния и динамики смертности населения трудоспособного возраста в субъектах Уральского федерального округа за период 2018–2022 гг.Материалы и методы. В работе использованы данные официальной статистической отчетности. Рассчитаны возрастная структура населения, среднемноголетние уровни, стандартизированные коэффициенты смертности на 100 тыс. трудоспособного населения по основным причинам смерти, темпы и тренд их прироста. Структура смертности населения анализировалась в соответствии с кодами МКБ Х пересмотра.Результаты. Анализ динамики смертности населения в трудоспособном возрасте в УрФО за 2018–2022 гг. свидетельствует о негативной динамике в большинстве его субъектов. Удельный вес умерших в трудоспособном возрасте составил 24,9 %, среди них мужчин в 3,5 раза больше, чем женщин. В структуре причин смерти в трудоспособном возрасте в целом и среди мужчин лидируют болезни системы кровообращения (29,0 %), внешние причины (23,1 %) и новообразования (13,7 %). У женщин первые три ранговых места занимают новообразования (21,7 %), болезни системы кровообращения (21,2 %), инфекционные заболевания (14,4%). Особенности регионов, определяющие их социально-экономическое развитие, оказывают влияние на возрастно-половой состав и уровни смертности трудоспособного населения.Заключение. Снижение показателей смертности в трудоспособном возрасте потребует как увеличения государственных вложений, так и развития корпоративной медицины, объединения усилий работодателей, работников и органов власти по улучшению здоровья и благополучия населения трудоспособного возраста.
Introduction: Issues of protecting and promoting health of the working population are the most important problem of modern occupational medicine and healthcare. The mortality of workers leads to large economic losses for the society.Objective: To conduct a comparative analysis of mortality structure and patterns in the working-age population of the Ural Federal District in 2018–2022.Materials and methods: Based on official statistics, we established the age structure of the population, long-term rates, standardized mortality rates per 100,000 working-age population for the main causes of death, increase rates and trends of their growth. The structure of population mortality was analyzed in accordance with ICD-10 codes.Results: The analysis of mortality among the population of working age in the Ural Federal District for 2018–2022 revealed negative dynamics in most of its constituents. The proportion of deaths in working age was 24.9 %, with the working-age death rate in men being 3.5 times higher than that in women. In the structure of causes of death of the working-age population, including males, diseases of the circulatory system (29.0 %), external causes (23.1 %), and neoplasms (13.7 %) ranked highest while neoplasms (21.7 %), diseases of the circulatory system (21.2 %), and infectious diseases (14.4 %) prevailed in women. Characteristics of the regions that determine their socio-economic development influence the age and sex composition and mortality rates in the working-age population.Conclusion: Reducing mortality rates in working age will require both increased government investments and the development of corporate medicine, combining efforts of employers, employees and authorities to improve health and well-being of the working-age population.
Введение. Одно из важнейших направлений развития здравоохранения в РФ – совершенствование подходов к сохранению здоровья работников1. Вопросы охраны и укрепление здоровья работающего населения в соответствии с Указом Президента РФ от 2 июля 2021 г. № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации»2 являются важнейшей проблемой современной медицины труда и здравоохранения. Основной проблемой трудовых ресурсов России, обозначившейся еще в кризисные 1990-е годы, являются изменения в возрастной пирамиде страны, приводящие к старению ее населения, и как следствие, к сокращению наличных трудовых ресурсов [
Предотвращение смертности работников является актуальной социально-экономической задачей [5–7]. Несмотря на расширенные программы государственного стимулирования, в России резко обострились демографические и социальные проблемы. За последние 3 года естественная убыль населения России составила более 2 миллионов (–2 319 990) человек. В условиях инновационного развития экономики страны остро стоят вопросы наличия квалифицированных кадров, способных к обучению новым компьютерным технологиям, сохранения качества трудовых ресурсов для развития производства, выпуска продукции, соответствующей мировым стандартам3.
В реализуемом Национальном проекте «Здравоохранение»4 одной из ключевых поставлена задача снижения уровня смертности населения трудоспособного возраста к 2024 г. почти на 28 % (от 484,5 до 350,0 %000).
Цель исследования – провести сравнительный анализ состояния и динамики смертности населения трудоспособного возраста в субъектах Уральского федерального округа за период 2018–2022 гг.
Материалы и методы. Проведен сравнительный анализ динамики уровней смертности в трудоспособном возрасте в субъектах, входящих в состав Уральского федерального округа (УрФО) за 2018–2022 гг. Использованы данные официальной статистической отчетности Росстата5, Свердловскстата6 и бюллетени Медицинского информационно-аналитического центра Минздрава Свердловской области за 2018–2022 гг. Взяты показатели смертности мужского и женского населения возрастной группы: до 1 января 2020 г. – мужчины 16–59 лет, женщины 16–54 лет, на 1 января 2020–2021 гг. – мужчины 16–60 лет, женщины 16–55 лет, на 1 января 2022 г. – мужчины 16–61 года, женщины 16–56 лет. Рассчитаны: возрастная структура населения УрФО, среднемноголетние уровни (СМУ) и стандартная ошибка среднего смертности, стандартизированные коэффициенты смертности (СКС) на 100 тыс. трудоспособного населения по основным причинам смерти, темпы и тренд их прироста. Структура смертности населения анализировалась в соответствии с кодами Международной статистической классификацией болезней и проблем, связанных со здоровьем Х пересмотра. Проверка нормальности распределения проведена с использованием критерия Шапиро – Уилка. Для оценки различий показателей по субъектам УрФО относительно общероссийских показателей использовали t-критерий Стьюдента, различия считали статистически значимыми при р < 0,05. Статистическая обработка данных проведена с использованием пакета программ Microsoft Office 2013.
Результаты. Возрастная структура населения УрФО относится к регрессивному типу, то есть характеризуется сравнительно большой долей населения в возрасте старше 60 лет (более 12 %) и естественной убылью населения.
За 5 лет численность жителей округа уменьшилась на 0,8 % (97,1 тыс. чел.), что несколько ниже среднероссийской тенденции за этот период (–1,0 %). Убыль населения зарегистрирована в четырех регионах УрФО (Курганской, Свердловской, Челябинской областях и Ямало-Ненецком автономном округе (ЯНАО)). В Свердловской области число граждан в анализируемый период снизилось на 1,8 % (76,6 тыс. чел). Рост численности населения зарегистрирован в Тюменской области (без автономных округов) и Ханты-Мансийском автономном округе (ХМАО): 5,9 и 4,0 % соответственно к уровню 2018 г. Средний возраст населения только в Курганской области достоверно превышал среднее значение по России (42,2 против 40,7 лет, р = 0,04), в остальных регионах УрФО отличий не выявлено (39,5 и 40,7 лет, соответственно, р = 0,5).
На фоне снижения общей численности населения в УрФО выросло число граждан трудоспособного возраста: на 0,8 % (57,4 тыс. чел.). Доля лиц трудоспособного возраста в возрастной структуре населения регионов округа составила в среднем по УрФО – 57,1 % (от 52,0 % в Курганской области до 64,4 % в ЯНАО).
Среднемноголетний уровень смертности населения трудоспособного возраста УрФО за анализируемый период выше российского показателя на 8,8 % (568,0 ± 14,9 против 522,4 ± 23,8 %000), достоверное превышение регистрировалось в Курганской (658,4 ± 19,3 %000, р = 0,003) и Свердловской (610,6 ± 24,1 %000, р = 0,01) областях. Только в Тюменской области с входящими в ее состав автономными округами СМУ значимо ниже, чем по РФ и УрФО (441,1 ± 13,3 %000, р = 0,001).
Динамика смертности совпадала с общероссийской тенденцией за весь анализируемый период. Изменение уровней показателя шло неравномерно: в 2019 году на всех территориях наблюдалось его снижение, сменившееся в период пандемии новой коронавирусной инфекции 2020–2021 гг. резким ростом смертности во всех субъектах.
Ситуация изменилась в 2022 г.: показатель в целом по округу снизился в среднем на 10,6 % (от 622,9 до 556,1 %000), более быстрыми темпами последствия пандемии преодолевались в Тюменской (–12,4 %) и Челябинской областях (–11,8 %). В отличие от других субъектов УрФО, в Курганской области рост показателя продолжился (+3,0 % к уровню 2021 г.) (табл. 1).
Таблица 1. Темпы прироста показателей смертности населения в трудоспособном возрасте в регионах Уральского федерального округа (%)
Table 1. Mortality growth rates in the working-age population in the regions of the Ural Federal District (%)
| Темп прироста 2019 г. к 2018 г. /Growth rate in 2019 vs 2018 | Темп прироста 2020 г. к 2019 г. /Growth rate in 2020 vs 2019 | Темп прироста 2021 г. к 2020 г. /Growth rate in 2021 vs 2020 | Темп прироста 2022 г. к 2021 г. /Growth rate in 2022 vs 2021 | |
| Российская Федерация / Russian Federation | –2,5 | +10,9 | +15,9 | –11,3 |
| Уральский федеральный округ / Ural Federal District | –0,2 | +7,8 | +7,0 | –10,6 |
| Свердловская область / Sverdlovsk Region | –4,0 | +10,5 | +13,6 | –10,8 |
| Курганская область / Kurgan Region | –0,5 | +4,4 | +7,4 | +3,0 |
| Челябинская область / Chelyabinsk Region | –0,6 | +7,8 | +12,5 | –11,8 |
| Тюменская область с автономными округами / Tyumen Region with autonomous okrugs | –5,7 | +13,6 | +10,6 | –12,4 |
В структуре причин смерти трудоспособного населения УрФО и субъектов, входящих в его состав, лидируют болезни системы кровообращения (БСК), совпадая со структурой общей смертности, но доля смерти в этом классе ниже (28,1 и 42,6 % соответственно). Исключением явилась Курганская область, где на ведущее место вышли внешние причины смертности, отодвинув БСК на второе место (табл. 2).
Таблица 2. Структура смертности населения в трудоспособном возрасте по основным классам пpичин смерти по субъектам (%)
Table 2. Cause-specific mortality by the regions of the Ural Federal District (per 100,000 working-age population)
| Класс I(Коды A00-B99) /Chapter I (code range: A00–B99) | Класс II(Коды C00-D48) /Chapter II (code range: C00–D48) | Класс IX(Коды I00-I99) /Chapter IХ (code range: I00–I99) | Класс X(Коды J00-J99) /Chapter Х (code range: J00–J99) | Класс XX(Коды V01-Y98) / Chapter ХХ (code range: V01–Y98) | |
| Российская Федерация / Russian Federation | 4.8 | 14,3 | 29,8 | 4,2 | 23,4 |
| Уральский федеральный округ / Ural Federal District | 8,3 | 13,9 | 28,1 | 2,9 | 25,5 |
| Свердловская область / Sverdlovsk Region | 9,2 | 13,4 | 28,4 | 2,8 | 25,2 |
| Курганская область / Kurgan Region | 9,0 | 15,3 | 22,7 | 2,7 | 29,5 |
| Челябинская область / Chelyabinsk Region | 7,9 | 13,2 | 25,6 | 2,3 | 27,0 |
| Тюменская область с автономными округами / Tyumen Region with autonomous okrugs | 7,3 | 15,0 | 32,4 | 3,7 | 23,1 |
Второе место занимали внешние причины (несчастные случаи, отравления и травмы). Данный класс причин смерти более выражен в группе трудоспособного населения по сравнению с общей смертностью, в структуре которой данный класс занимает третье место (25,5 против 9,4 % в УрФО и 23,4 против 7,3 % в РФ).
На третьей позиции во всех регионах находились новообразования, совпадая со структурой бщей смертности (табл. 2).
При анализе уровней смертности выявлены достоверные гендерные различия. Смертность мужчин трудоспособного возраста в среднем по округу превышала смертность женщин в 3,5 раза (850 сл. на 100 тыс. мужчин и 240 сл. на 100 тыс. женщин соответствующего возраста, р = 0,0009). Максимальный разрыв показателей (4,1 раза) наблюдается в Курганской области, в которой уровень смертности мужского населения выше на 41,2 % в среднем по УрФО (рис. 1).
Рис. 1. Уровень смертности в трудоспособном возрасте в зависимости от пола в субъектах Уральского федерального округа в 2022 г. (на 100 тыс. населения соответствующего пола и возраста)
Fig. 1. Working-age death rates by sex in the constituents of the Ural Federal District in 2022 (per 100,000 population of the corresponding sex and age)
В Свердловской области (СО) доля граждан трудоспособного возраста увеличилась с 54,2 до 55,9 %. Смертность населения трудоспособного возраста в период 2018–2022 гг. возросла на 7,5 %. Удельный вес умерших в трудоспособном возрасте среди всех возрастных категорий в 2022 году составил 24,9 %, среди них мужчин было в 3,5 раза больше, чем женщин (900,0 и 270,8 %000 соответственно).
Ведущей причиной смертности в трудоспособном возрасте в СО являются болезни системы кровообращения (28,4 %). Мужское население в этом классе составило 84 %. За анализируемый период стандартизованный уровень смертности от БСК в СО возрос на 11,3 % (172,6 против 155,3 %000), тогда как в РФ прирост составил 9,3 % (160,0 против 146,4 %000).
Рост показателей зарегистрирован практически по всем основным нозологическим формам БСК: от ишемической болезни сердца – на 2,8 %, от цереброваскулярных болезней – на 13,3 %, от инфаркта миокарда – на 9,3 %, острых нарушений мозгового кровообращения на 9,3 %).
Второе место в структуре смертности трудоспособного населения занимают внешние причины – 25,2 %. СКС в этом классе составили в 2022 г. в СО 137,8; в РФ – 123,5 %000. В динамике в СО наблюдается незначительное снижение уровня от 2018 г. (1,5 %). В этом классе лидируют повреждения с неопределенными намерениями, составляя в СО 68,0 % и сопровождаясь ростом на 16,8 % к уровню 2018 г. За анализируемый период в СО отмечено достоверное снижение смертности от самоубийств от 12,8 до 6,9 %000, убийств от 9,7 до 5,7 %000 (р ≤ 0,05), тенденция к снижению гибели в дорожно-транспортных происшествиях от 12,8 до 15,3 %000, число смертельных случаев от отравления алкоголем выросло на 3 %, в основном за счет женского населения (5,8 против 4,7 %000). В среднем по России СКС возрос на 5,9 % от 116,0 до 123,5 %000 за счет повреждений с неопределенными намерениями, по всем другим внешним причинам в РФ наблюдается достоверное снижение смертности.
На третьей позиции находятся новообразования (13,4 %). Уровни показателей в СО выше среднероссийских и имеют тенденцию к росту на 8,1 % (от 75,7 до 81,9 %000). В среднем по России уровень смертности в этом классе вырос лишь на 3,4 % (от 74,0 до 76,5 %000).
Необходимо отметить, что в 2018 г. третье место в структуре смертности трудоспособного населения СО занимали инфекционные и паразитарные заболевания (17,0 %), с уровнем показателя 96,0 на 100 тыс. трудоспособного населения, которые в РФ стояли лишь на 5-м месте (7,1 %). К 2022 г. уровень в данном классе болезней в СО достоверно сократился более чем на треть (37,5 %) до уровня 59,7 %000 и занял четвертое место в структуре смертности трудоспособного населения. Положительная тенденция в данном классе обусловлена прежде всего снижением смертности от туберкулеза на 41,0 % (до 5,6 против 9,5 %000 в 2018 г.).
Положительным моментом также является снижение смертности по причине ВИЧ-инфекции, с 2019 г. снижение составило 21,7 %. Продолжилось снижение показателя летальности от ВИЧ-инфекции до 1,3 % в 2022 г. против 2,1 % в 2018 г.
Темпы прироста смертности в 2022 г. к 2018 году среди трудоспособного мужского населения составили 5,7 %, а среди женского населения – 5,9 %. Максимальной прирост уровней показателя за анализируемый период зафиксирован у мужчин в классе БСК (11,9 %) от 250,6 до 280,4 %000, а среди женщин – по причине заболеваний органов пищеварения на 24,4 % (от 29,1 до 36,2 %000). Настораживает появление тенденции к росту смертности женщин от злокачественных новообразований (ЗНО) на 12,4 % на фоне снижения в СО общей смертности в этом классе причин (8,6 %).
При сравнении структуры причин смертности мужского и женского населения трудоспособного возраста в СО за 2022 год выявлены существенные различия: так у мужчин ведущие 3-го ранга занимают: болезни системы кровообращения (31,2 %), внешние причины (25,6 %) и новообразования (11,4 %) (рис. 2).
Рис. 2. Структура смертности в трудоспособном возрасте в Свердловской области по полу и основным классам причин смерти в 2022 г. (% от общего числа умерших соответствующего пола и возраста)
Fig. 2. Structure of mortality of the working-age population of the Sverdlovsk Region by sex and the main causes of death in 2022 (% of the total number of the deceased of the corresponding sex and age)
Примечание: 1 – болезни системы кровообращения; 2 – внешние причины; 3 – новообразования; 4 – инфекционные и паразитарные заболевания
Notes: 1 - diseases of the circulatory system; 2 – external causes; 3 – neoplasms; 4 – infectious and parasitic diseases
Среди женщин лидируют новообразования (21,7 %), на втором месте – болезни системы кровообращения (21,2 %), третье место занимают некоторые инфекционные и паразитарные заболевания (14,4 %).
Обсуждение. Уральский федеральный округ играет существенную роль в социально-экономическом развитии страны, на его долю приходится 8,4 % населения страны7 [
Особенности регионов, определяющие их социально-экономическое развитие, оказывают влияние на возрастно-половой состав и уровни смертности населения [9–11].
Увеличение доли граждан трудоспособного возраста: в УрФО можно объяснить повышением пенсионного возраста в результате пенсионной реформы, а также ростом трудовой миграции в субъекты УрФО на предприятия обрабатывающей, перерабатывающей промышленности и топливно-энергетического комплекса [
Высокий уровень заработной платы на предприятиях нефтегазового комплекса Тюменской области с ХМАО и ЯНАО влечет за собой миграционный приток молодого населения, что приводит к снижению уровней смертности в этих регионах. В Курганской области, напротив увеличивается миграционного отток молодых граждан в Свердловскую, Тюменскую области из-за наличия престижных рабочих мест и высоких зарплат, приводя к снижению качества жизни и более высоким уровням смертности оставшегося населения.
Анализ динамики смертности населения в трудоспособном возрасте в УрФО за 2018–2022 гг. свидетельствует о негативной динамике в большинстве его субъектов. На протяжении всего анализируемого периода уровни смертности населения трудоспособного возраста округа достоверно превышали среднероссийские показатели.
Рекордное сокращение количества умерших c 1988 года в истории России в 2019 г.8, сменилось резким ростом смертности в 2020–2021 гг., обусловленным пандемией новой коронавирусной инфекции (НКВИ), а также связанной с ней остановкой плановых профилактических и лечебных мероприятий (диспансеризации и диспансерного наблюдения) [13–15]. Несомненно, на рост смертности оказали влияние и возросший уровень безработицы и низкая оплата труда в вынужденный период простоя предприятий во время карантина [16–18]. В 2022 году на фоне прекращения эпидемического распространения НКВИ и возврата к проведению профилактических мероприятий показатели как общей смертности, так и населения в трудоспособном возрасте снизились, но так и не достигли доковидного периода.
В УрФО и СО остро стоит проблема «сверхсмертности» мужчин, превышающая смертность женщин в 3,5 раза. Это явление характерно для России в целом и связано с комплексом факторов, в том числе с более длительным трудовым периодом, большей занятостью мужчин на работах в контакте с вредными производственными факторами [
В структуре причин смерти населения трудоспособного возраста, в т. ч. мужского, лидируют болезни системы кровообращения, внешние причины и новообразования. Ведущими причинами смерти женщин являются новообразования, болезни системы кровообращения и некоторые инфекционные и паразитарные заболевания. По данным ВОЗ, в глобальных масштабах на девушек подросткового возраста и молодых женщин приходится два из каждых трех новых случаев ВИЧ-инфекции, таким образом, для женщин трудоспособного возраста серьезными угрозами для жизни и здоровья остаются ВИЧ и туберкулез [
Сохраняющаяся проблема сверхсмертности в трудоспособном возрасте, особенно среди мужского населения, требует разработки дополнительных мер по сохранению и укреплению здоровья работников. Одной из активных мер, доказавших свою эффективность, является внедрение на предприятиях корпоративных программ по улучшению здоровья своих работников. Улучшение условий труда, внедрение новых технологий, медицинская помощь, организованная по цеховому принципу, сопровождается достоверным снижением смертности, уменьшением разрыва между смертностью мужчин и женщин, а также числа смертей в молодом возрасте [
Только государственных мер для решения проблемы снижения смертности населения трудоспособного возраста явно недостаточно. Требуется более широкое проведение предприятиями корпоративных программ для сохранения жизни и здоровья
Заключение. Смертность населения в трудоспособном возрасте в УрФО и Свердловской области превышает средний уровень по Российской Федерации и имеет тенденцию к росту. Сохраняющаяся в УрФО и СО проблема сверхсмертности населения трудоспособного возраста требует разработки мер по сохранению и укреплению здоровья населения. Снижение показателей смертности в трудоспособном возрасте потребует, как увеличения государственных вложений, так и развития корпоративной медицины, объединения усилий работодателей, работников и органов власти по улучшению здоровья и благополучия трудоспособного населения в процессе труда.
1. Профессиональная патология: национальное руководство/ под ред. И.В. Бухтиярова. 2-е изд., перераб. и доп. Москва: ГЭОТАР-Медиа, 2024. 904 с. (Серия Национальные руководства). doi: 10/33029/9704-8177-6-PP2-204-1-904 2. О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации: Указ Президента Российской Федерации от 02.07.2021 № 400 Текст: электронный. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_389271/ (дата обращения: 06.04.2024). 3. О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения в Российской Федерации в 2021 году: Государственный доклад. М.: Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2022. 340 с. 4. Паспорт национального проекта «Здравоохранение» (утв. президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам, протокол от 24 декабря 2018 г. № 16) Текст: электронный. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://base.garant.ru/72185920 5. Росстат. Федеральная служба государственной статистики. Демография. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://rosstat.gov.ru (дата обращения: 06.12.2023). 6. Управление Федеральной службы государственной статистики (Свердловскстат). 7. Уральский федеральный округ: 2022 год – год преодоления вызовов / Под редакцией Ю.Г. Лавриковой, А.Ю. Усковой // Российская академия наук. Уральское отделение. Институт экономики. Екатеринбург, 2023. 119 с. 8. После распада СССР демографические потери России [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2021/12/26/902685-demograficheskie-poteri-rossii (дата обращения: 18.11.2023).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.