Ковшов Александр Александрович – к.м.н., заведующий отделением гигиены труда, старший научный сотрудник; доцент кафедры гигиены условий воспитания, обучения, труда и радиационной гигиены
ул. 2-я Советская, д. 4, 191036, Санкт-Петербург
ул. Кирочная, д. 41, 191015, Санкт-Петербург
Aleksandr A. Kovshov, Cand. Sci. (Med.), Head of Occupational Hygiene Department, Senior Researcher; Assoc. Prof., Department for Hygiene of Educational, Training, and Occupational Conditions and Radiation Hygiene
4, 2nd Sovetskaya Street, Saint Petersburg, 191036
41 Kirochnaya Street, Saint Petersburg, 191015
Сюрин Сергей Алексеевич – д.м.н., старший научный сотрудник отдела гигиены
ул. 2-я Советская, д. 4, 191036, Санкт-Петербург
Sergei A. Syurin, Dr. Sci. (Med.), Senior Researcher, Department of Public Health Analysis and Monitoring
4, 2nd Sovetskaya Street, Saint Petersburg, 191036
Кирьянова Марина Николаевна – к.м.н., старший научный сотрудник отделения гигиены труда
ул. 2-я Советская, д. 4, 191036, Санкт-Петербург
Marina N. Kir'yanova, Cand. Sci. (Med.), Senior Researcher, Occupational Hygiene Department
4, 2nd Sovetskaya Street, Saint Petersburg, 191036
Пешкова Александра Павловна – заместитель главного врача
ул. Комсомольская, д. 15, 184511, Мурманская обл., г. Мончегорск
Alexandra P. Peshkova, Deputy Head
15 Komsomolskaya Street, 184511, Murmansk Region, Monchegorsk
Введение. Высокая профессиональная заболеваемость работников является одной из причин внедрения новых, менее опасных для здоровья технологий производства никеля.
Цель исследования: изучение рисков здоровью работников при электролитическом и экстракционном способе рафинирования никеля. Материалы и методы. Изучены данные производственного контроля на предприятии никелевой промышленности и Мурманского областного реестра профессиональных болезней за 2004–2023 гг.
Результаты. В 2004–2013 гг. производство никеля осуществлялось методом электролиза, а в 2014–2023 гг. происходил переход к методу электроэкстракции. Переход сопровождался снижением среднесменных концентраций гидроаэрозолей никеля в 2,5–3,5 раза в отделениях электролиза и повышением в 4,4 раза концентрации хлора в отделениях гидрометаллургии. В течение 20 лет в данном производстве установлено 311 профессиональных заболеваний, которые чаще выявлялись у электролизников (31,7 %) и среди которых преобладали болезни органов дыхания (60,1 %). В 2014–2023 гг. по сравнению с 2004–2013 гг. отмечалось снижение на 14,1 % уровня заболеваемости (с 86,67 до 75,88 случая /10 000 работников) и меньший риск развития патологии: ОР = 1,45; 95 % ДИ 1,04–2,02. При использовании обеих технологий сохраняются рабочие места с профессиональным риском категорий «высокий», «очень высокий» и «экстремально высокий» и «неприемлемый» канцерогенный риск (1,0 × 10–3 и более) для большинства работников. Отмечался единственный случай острого отравления хлором (2019 г.).
Заключение. Переход с электролитического на электроэкстракционный метод рафинирования никеля не увеличивает риски здоровью работников. Однако существовавшие ранее и сохраняющиеся «высокий» и «очень высокий» профессиональные риски, а также неприемлемый канцерогенный риск для большинства рабочих мест свидетельствуют о приоритете (после технологической модернизации) внедрения новых здоровьесберегающих технологий (средства индивидуальной защиты, защита временем и др.).
Introduction: High incidence of occupational diseases in workers is one of the reasons for the introduction of novel, safer technologies for nickel production.
Objective: To study workers’ health risks posed by electrolytic refining and electrowinning of nickel. Materials and methods: We studied industrial control data at a nickel industry enterprise and the Murmansk regional register of occupational diseases for 2004–2023.
Results: In 2004–2013, nickel was produced using electrolysis, while in 2014–2023, this technique was substituted by electrowinning. Such a transition was accompanied by a 2.5 to 3.5-fold decrease in time-weighted average concentrations of nickel water aerosols in the electrolysis departments and a 4.4-fold increase in chlorine concentration in the hydrometallurgy departments. Over 20 years, 311 occupational diseases were registered in workers of this refinery, particularly electrolysis bath operators (31.7 %), among which respiratory diseases predominated (60.1 %). Compared to 2004–2013, we observed a decrease in the incidence rate by 14.1 % (from 86.67 to 75.88 cases per 10,000 workers) and a lower risk of developing a disease (OR = 1.45; 95 % CI: 1.04–2.02) in the years 2014 to 2023. Both techniques pose high, very high, and extremely high workplace health risks and an unacceptable cancer risk (≥ 1.0×10–3). Only one case of acute chlorine poisoning was registered in 2019.
Conclusion: Switching from electrolytic refining to electrowinning of nickel does not increase health risks at the workplace. However, the previously existing and persisting high, very high, and extremely high occupational risks, as well as the unacceptable carcinogenic risk for most jobs indicate the priority of introducing new health-maintaining technologies for workers in the nickel industry after technological upgrade (personal protective equipment, working time reduction, etc.).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.